Почему Вы боитесь операций?





 

Социальная педиатрия

Социальная педиатрия — недавно сформировавшаяся отрасль педиатрии, возникшая на стыке с социальной гигиеной и организацией здравоохранения. Профессор Н. Г. Веселов, заведовавший первой в нашей стране кафедрой социальной педиатрии, открытой на факультете усовершенствования врачей Ленинградского педиатрического медицинского института в 1986г., так сформулировал предмет изучения и основные проблемы социальной педиатрии: «Социальная педиатрия как отрасль (составная часть) педиатрии изучает здоровье детей, комплекс факторов, его определяющих, а также разрабатывает эффективную систему социальной профилактики и оказания медицинской помощи детскому населению.
Основные проблемы социальной педиатрии следующие:
1.Разработка научных основ социальной и медицинской профилактики в педиатрии.
2.Комплексная оценка здоровья детей в условиях всеобщей диспансеризации.
3.Научные основы системы дифференцированной диспансеризации детского населения с учетом возраста, групп здоровья, особенностей патологии, факторов риска, социально-гигиенической характеристики семьи ребенка и образа жизни родителей.
4.Прогноз показателей здоровья ребенка как основы для развития педиатрической службы.
5.Младенческая, перинатальная и неонаталъная смертность как медико-социальные проблемы.
6.Преемственность и взаимодействие акушерской и педиатрической служб по антенатальной охране плода и новорожденного.
7.Целевые комплексные программы по регионам страны «Охрана здоровья матери и ребенка».
8.Разработка оптимальных форм организации медико-социальной помощи детям.
9.Организационно-деонтологические аспекты педиатрической службы.
10.Разработка АСУ (автоматизированной системы управления) в педиатрии по важнейшим направлениям (диспансеризация, система неотложной помощи, слежение за уровнем детской смертности и др.)».
Социальная педиатрия возникла как ответ на призыв передовой, прежде всего врачебной, общественности 19 начала 20 веков   активно бороться с таким социальным злом, как высокая смертность детей, главной причиной которой были бедность и невежество большей части населения. Наиболее активными участниками, а то и пионерами, призыва придать охране здоровья детей государственный и широкий общественный характер были профессора и врачи, выделившиеся  во многих странах как первые врачи-педиатры, Так, например,  в США в этом контексте называют имя  Авраама Якоби (Nick Spencer и др., 2005), в Канаде – Лиона Перельмана. 
Данное заключение убедительно подтверждается историей отечественной педиатрии. Так,  под первый камень фундамента начавшегося строительства Императорского Московского воспитательного дома (1764 г.) положили медную доску, на которой был вырезан следующий текст: «Екатерина Вторая. Императрица всероссийская для сохранения жизни и воспитания в пользу общества в бедности рожденных младенцев... повелела соорудить это здание...».(Выделено мной. –В.А.).  На IХ Пироговском съезде русских врачей (1904) прямо указывалось, что главной причиной высоких размеров смертности младенцев в стране является материальная необеспеченность населения и что успешная  борьба с этим злом возможна только на почве социальных реформ.  В начале прошлого века в России создается сеть Обществ борьбы с детской смертностью, которые пропагандируют гигиенические знания, организуют молочные кухни («капли молока»), детские консультации и ясли. Таким образом, можно сделать вполне определенный вывод о том, что изучение влияния социального фактора на здоровье детей и противодействие ему стали истоками и почвой социального характера российской педиатрии.
По мнению составителей глоссария социальной педиатрии, годами её рождения следует считать 1969 г., когда образовался «Club International de Pediatre Sociale», и  1977 г., когда группой англоязычных стран создается Европейское общество  социальной педиатрии (ЕОСП) (Nick Spencer и др., 2005).
В нашей стране развитие социальной педиатрии прошло три этапа. Первым этапом - временем её рождения следует считать 20-е  годы прошлого столетия, когда были заложены организационные основы советской системы охраны здоровья детей. В 1925 г. в Государственном  научном институте охраны материнства и младенчества открылась кафедра социальной гигиены матери и ребенка во главе с первым руководителем  советской системы охраны материнства и младенчества (ОММ) Верой Петровной Лебедевой. В 1928 г. открывается аналогичная кафедра в Ленинградском институте ОММ, руководителем которой стала директор института Ю. А. Менделеева. Названные события дают достаточные основания заявить о том, что впервые в мире начинает создаваться государственная система охраны здоровья матери и ребенка. И как бы не относиться с высоты нашего времени к большевицкому режиму в истории России, остается фактом, что государственный подход (государственная политика)  как система правовых, социальных, научных и медико-организационных мер, направленных на сохранение и укрепление здоровья детей, впервые был реализован в нашей стране. Это её неоспоримый вклад в развитие мировой цивилизации, яркая страница в истории медицины. Удивительно чутко (хотя и был  по С. Есенину «лицом к лицу» с теми событиями,  т. е. не на  расстоянии от них)  данный факт заметил великий русский педиатр Георгий Нестерович Сперанский. Ещё в 1926 г. он писал: «В нашей республике в области охраны материнства и младенчества со времени революции совершен громадный шаг вперед, настолько большой, что во многом мы сразу далеко опередили наших культурных соседей, несмотря на общую отсталость в культурно экономическом отношении».
Однако в силу идеологических причин, идеологемы - «в стране социализма социальный фактор перестает играть решающую роль в формировании здоровья» -  кафедры социальной гигиены  были переименованы в кафедры организации здравоохранения, а названные педиатрические - в кафедры  ОММ.
В 1966  г. в медицинских вузах  СССР кафедры организации здравоохранения получают название «социальной гигиены и организации здравоохранения». Начинается ренессанс советской социальной гигиены. Методологическим и методическим центром её развития становится кафедра социальной гигиены и организации здравоохранения 2-го Московского медицинского института им. Н.И. Пирогова, которую в 1965 г. возглавил (и до сих пор руководит!) выдающийся отечественный социал-гигиенист и историк медицины, признанный лидер и авторитет в этой области медицинской науки, академик РАМН, профессор Юрий Павлович Лисицын.  Под его руководством была разработана методология комплексных социально-гигиенических и клинико-социальных исследований, изучения образа жизни. Следует также упомянуть работы профессора Ольги Васильевны Грининой по созданию методики медико-социального изучения семьи.  Названные методические подходы были положены в основу многочисленных медико-социальных исследований состояния здоровья детей. Хотя эти исследования проводились, как правило, на   кафедрах  социальной гигиены и организации здравоохранения, но они создали почву для возрождения клинико-социального направления в педиатрии и, как результат, поставить вопрос о создании кафедр социальной педиатрии. 
Характеризуя второй этап развития социальной педиатрии, не могу, хотя бы мимоходом,  не сказать, если не  об исторических закономерностях, то об удивительных совпадениях. Подразделения под именем «социальная педиатрия» появляются именно в тех двух учреждениях, где в 20-х годах были организованы кафедры социальной гигиены матери и ребенка.  В 1977 г., т.е. в тот год, когда возникает ЕОСП (второе удивительное совпадение!), в Институте педиатрии АМН СССР (этот институт стал наследником Государственного  научного института ОММ) по инициативе и под руководством профессора Евгения Анатольевича Лепарского создается лаборатория социальной педиатрии. В 1986 г. профессор Николай Глебович Веселов в Ленинградском медицинском педиатрическом институте (наследник Ленинградского института ОММ) на факультете усовершенствования врачей организует первую в стране кафедру социальной педиатрии. Начиная с этого же  года, по предложению заместителя министра здравоохранения РСФСР А.Г. Грачевой, на педиатрических факультетах медицинских вузов России организуются  кафедры по­ликлинической педиатрии, в учебных программах которых достаточно много уделяется времени профилактическим и организационным вопросам. По инициативе заместителя министра здравоохранения СССР А.А. Баранова,  в 1988 г. создаются три кафедры медико-социальных проблем охраны здоровья матери и ребенка для последипломной подготовки педиатров: в Москве в Центральном институте усовершенствования врачей (заведующая профессор Ирина Петровна Каткова, а через три года  – профессор Николай Николаевич Ваганов), в  Горьковском медицинском институте (зав. – профессор В.Ю. Альбицкий), в Киеве (зав. – профессор З.А. Шкиряк-Нижник).
Так завершается второй этап формирования социальной педиатрии, прежде всего, как предмета последипломной подготовки педиатров.  
Третий, текущий этап в развитии социальной педиатрии  происходит в постсоветской России. В 2003 г. мы с академиком А.А. Барановым писали, что «для постановки отечественной пе­диатрии (педиатрической службы) на профилактические рельсы в ближайшее десятилетие усилия педиатрического сообщества должны быть направлены на:
А. Создание организационных основ (как науки и само­стоятельного предмета преподавания, как важнейшей от­расли практической педиатрии) социальной педиатрии — сути и практики профилактического направления в совре­менной педиатрии. Мы убеждены, что пришло время: создания в медицинских вузах самостоятельных кафедр социальной и поликлинической педиатрии; организации в системе педиатрической службы клиник и учреждений социальной педиатрии.
Б. Концентрацию усилий общества и власти, органов и учреждений здравоохранения, фундаментальной и при­кладной науки по укреплению и сохранению здоровья здо­рового ребенка.
По существу указанные стратегические цели были оп­ределены (предугаданы) еще на I Конгрессе педиатров России в 1995 г. Это видно из обращения делегатов Конгресса к Президенту, Правительству и Парламенту России: «С учетом демографической ситуации в стране, структуры, прежде всего, предотвратимых потерь, тенденций в забо­леваемости, инвалидности, физическом развитии детей, мы бы считали целесообразным сконцентрировать усилия педиатров, организаторов здравоохранения, ученых и, ес­тественно, Союза педиатров на следующих направлениях деятельности:
•  укрепление профилактической направленностипеди­атрической службы путем создания системы медико-со­циального патронажа семьи;
•  интеграция на муниципальном уровне педиатричес­кой и социально-психологической помощи детям».  (Выделено мной. – В.А.).
За 15 лет после процитированного Обращения Союза педиатров России произошло ряд событий, которых нельзя не считать принципиальными  шагами в развитии отечественной социальной педиатрии. Назову некоторые, наиболее сущностные из них.
В законодательном и организационном плане:
а) принятие Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» (1998) и его очень важная Статья 1, в которой дано определение контингенту детей, находящихся в трудной жизненной ситуации;
б) решение об открытии в детских поликлиниках отделений медико-социальной помощи (1999, 2007);
в) организация детских центров здоровья (2010). 
В научном плане:
а) создание отдела социальной педиатрии в Научном центре здоровья детей РАМН (заведующий – профессор В.Ю. Альбицкий, 2004 г.);
б) разработка Концепции государственной политики Российской Федерации в области охраны здоровья детей (А.А. Баранов, Ю.Е. Лапин, 2009);
в) создание серии  «Социальная педиатрия» и издание в ней более 10 книг и монографий (2006-2010);
г) открытие рубрики «Социальная педиатрия и организация здравоохранения» в ведущих отечественных научных педиатрических журналах - «Вопросах современной педиатрии» (2006) и «Российском педиатрическом журнале» (2009). 
В образовательном и методическом плане:
а) выход в свет:
первых отечественных  учебных  руководств (пособий) Н.Г. Веселова «Социальная педиатрия. Актуальные проблемы» (1992) и  «Социальная педиатрия (курс лекций)» (1996);
книги А.А. Баранова, В.Ю. Альбицкого «Социальные и организационные проблемы педиатрии» (2003);
 учебного пособия  В.И. Орла, Т.И. Стуколовой «Частные проблемы социальной педиатрии» (2003);
«Руководства по социальной педиатрии» (составители: В.Г. Дьяченко, М.Ф. Рзянкина, Л.В. Солохина; 2010);
б) организация кафедр:
социальной педиатрии в Национальном медико-хирургическом центре им. Н.И. Пирогова (заведующая – профессор Татьяна Ивановна Стуколова, 2001 г.);
первой в стране кафедры для студентов педиатрического факультета, в названии которой (с 2006 г.) обозначен курс социальной педиатрии – кафедра поликлинической, социальной педиатрии и неонатологии в Саратовском государственном медицинском университете (заведующий – профессор Юрий Валентинович Черненков, 2006);
поликлинической и социальной педиатрии ФУВ в Северном государственном медицинском университете (заведующая – профессор Лариса Ивановна Меньшикова, 2007);
поликлинической и социальной педиатрии ФУВ в Российском национальном исследовательском  медицинском университете им. Н.И. Пирогова (заведующая – профессор  Татьяна Владимировна Яковлева, 2009 г.).
Изложенное, на мой взгляд, крайне убедительно свидетельствует о том, что в России создан фундамент, подготовлена почва для признания социальной педиатрии как самостоятельной области науки и дисциплины преподавания.
Вместе с тем, до сих пор в России общепринятой дефиниции социальной педиатрии не имеется, границы её как области науки и практики размыты,  концепция преподавания отсутствует. Более того, термин «социальная педиатрия», выделение специальных курсов, кафедр  для преподавания социальной педиатрии вызывают возражение (непринятие)  у многих специалистов.  Они выдвигают следующий аргумент. А почему по аналогии  не могут быть созданы (обозначены, выделены) социальная  терапия, социальная  хирургия или, например, социальная урология? С подобной позицией я столкнулся в конце 80-х годов прошлого века в Нижнем Новгороде (тогда ещё г. Горьком) при организации кафедры медико-социальных проблем охраны здоровья матери и ребенка в Горьковском медицинском институте.  Такие же доводы услышала Т.И. Стуколова при организации кафедры социальной педиатрии в Национальном медико-хирургическом центре им. Н.И. Пирогова.
Данный аргумент, на мой взгляд, убедительно опровергаем следующими  контраргументами.
ПЕРВОЕ. Педиатрия по сравнению с близкой  к ней по своему  лечебному предназначению терапией изучает здоровье ребенка в процессе его развития.  Для терапии главное понять сущность болезни и успешно её вылечить, для педиатрии – сохранить здоровье ребенка, не допустить его болезни. Другими словами, по своей сущности терапия (как и хирургия, урология и т.п.)  – лечебная дисциплина, а педиатрия – не только лечебная, но и в равной степени – профилактическая.
ВТОРОЕ. Объект названных дисциплин принципиально разный:  у одной – взрослый человек,  у другой – ребенок. И дело не только в том, что ребенок - это не взрослый в миниатюре. Здесь не менее важен  и другой момент. Если взрослый человек за своё здоровье несет ответственность, прежде всего, сам, то ребенок относится к контингенту недееспособных. За его здоровье несут ответственность, прежде всего, родители (семья), а также общество и государство. Они обязаны защищать ребенка от воздействия  неблагоприятных факторов внутренней и внешней среды. (Правда, бывает и наоборот - требуется  защита ребенка и  его здоровья от государства, предрассудков, обычаев общества и даже  родителей,  других детей (например, школьная «дедовщина»). Мимоходом замечу, что недееспособность пациента внесла, по-видимому, решающий вклад в формирование понятия «социальная психиатрия».
ТРЕТЬЕ  Главная функция детства – социализация ребенка, его подготовка в семье и в детских организованных коллективах (ясли, детские сады, школы) к взрослой жизни. Она не выполнима, точнее выполнима с большими изъянами и потерями, если будет проходить без педиатрического сопровождения. В этом, может быть, наиболее убедительное подтверждение социальной сущности педиатрии.

http://www.nczd.ru/osp4.htm





 
Нам важно ваше мнение!!!
зайдите сюда
(8352) 58-61-62
20 ноября - Всемирный День ребёнка, День педиатра